Blonde Redhead
“Melody of Certain Damaged Lemons”
Touch&Go
2000

Если набрать в яндексе словосочетание Blonde Redhead, то помимо горы ссылок на порно сайты можно отыскать архив сообщений некоего студента сценаристского факультета ВГИКА по фамилии Воловик. Вырвем из контекста предложение с интересующей нас группой: “Знаете, последние полгода я пишу, слушая только одну группу – Blonde Redhead. Вы не знаете эту группу? Узнайте”. Так вот узнайте, Blonde Redhead это Нью-йоркское авант-трио состоящее из японки Kazu Makino и двух близнецов-итальянцев Amadeo и Saimon’a Pace, а также человеком за пультом Guy Pizzicoto из Fugazi. Такое столкновение темпераментов и менталитетов приводит порой к самым неожиданным результатам.

Альбом “Melody of Certain Damaged Lemons” похож на симпатичного пушистого зверька, который… умирает! Да, так вот лежит и медленно истекает кровью, жизнь ещё светлится в его влажных глазах, а стервятники уже рвут его на части и каждая песня, как открытая рана, рваный кусок мяса - истекает и пронзительно кричит. И вот лежит этот зверек, и жизнь медленно проходит у него перед глазами и он тихонечко так скулит. Всё теперь у него в прошедшем времени и пропитано такой безнадёгой и обреченностью, что зверька хочется пристрелить, чтобы хоть как-то облегчить его страдания.

Говоря о звуке Blonde Redhead, обычно используют слово минимализм, но я бы не назвал звук минимальным, он скорее достаточный. Это такой очень поп минимализм. Да Kazu поёт так высоко и тонко, что порой кажется, что частоты воспроизводимые её голосом человеческое ухо уже не способно услышать, но на помощь у микрофона всегда подоспеет немного неуклюжий Amadeo. Да, у Blond Redhead нет басс гитариста, но вместо него вполне справляется Hommond орган, минимал пианино и довольно робкие, детские и немного саундтречные эксперименты с электроникой, происхождение которой, аналоговая она или дигитальная, трудно определить. Вообще же Blond Redhead довольно сильно выросли на этом, уже пятом по счёту, альбоме именно в музыкальном плане, больше никто не сравнивает их c отцами Sonic Youth. Трек “This is Not”, безусловно самый поп момент в истории ньюйоркцев, вообще представляет собой радостный до дрожи в коленях синти-поп - не иначе как зверёк детство вспоминает.

Заканчивается альбом, как и должно быть, агонией, в виде песни Mother (о ком же ещё в последний момент вспомнить) – нечленораздельное безумие рвущейся и метающейся Kazu. Потом правда следует ещё один трек, нигде на диске не указанный, но и никак не скрываемый, - это реквием, минимал пианино в обрамлении ритм секции, никаких слов, лишь попискивающая и подвывающая мелодия. Всё… умерла, так умерла… выноси…